Электронные книги
Главная
Русская классика
Белинский
Блок
Богданович
Гончаров
Горький
Грибоедов
Григорович
Давыдов
Дашкова
Дельвиг
Державин
Есенин
Жуковский
Измайлов
Карамзин
Куприн
Лермонтов
Майков
Некрасов
Никитин
Ознобишин
Островский
Пнин
Полежаев
Пушкин
Ростопчина
Рылеев
Станкевич
Толстой
Тютчев
Фет
Фигнер
Шевырев
Языков

Опрос
Вы любите читать?

Да!
Нет..


Друзья сайта


Антон-Горемыка часть 19

Антон-Горемыка часть 19

Ярмарка

Городишко, где происходит ярмарка, принадлежал к самым ничтожным
уездным городам губернии. Глядя на него в обыкновенное время, нельзя даже
подумать, чтоб он мог служить целью какой бы то ни было поездки; он являлся
скорее на пути как средство ехать далее; куда ни глянешь: колеса, деготь,
оглобли, кузницы, баранки - и только; так разве перехватить кой-чего на
скорую руку, подмазать колеса, сесть, и снова в дорогу. Но в ярмарочную
пору, и особенно осенью, он принимал такую оживленную, разнообразную
наружность, что трудно даже было узнать его. И не мудрено: сколько ни
находится в околотке мужичков с залежными гривнами и пятаками, с
припасенными про случай ржицею, гречею, мукою и сеном, все окрестные купцы,
барышники, мещане, промышленники всякого рода и сброда - все стекалось сюда,
кто для барышей и дела, а кто, как водится, погулять, поглазеть да мошну
повытрясти. Впрочем, и то сказать надо: есть на что посмотреть, есть что и
купить в "коренную ярмарку"*. Сколько одних навесов, яток, строек, шатров
понаставлено не только на площадке, но даже по всем переулкам, закоулкам, по
всему скату горы, вплоть до самого берега! И чего уж нет-то под ними, какого
надо еще добра и товара? Тут пестрыми группами возносятся кубышки, крыночки,
ложки кленовые, бураки берестовые, чашки липовые золоченые суздальские,
жбанчики и лагунчики березовые, горшки, и горшки-то все какие - муравленые
коломенские! Там целые горы жемков, стручьев, орехов, мякушек, сластей
паточных-медовых, пряников, писанных сусальным золотцом... Здесь мечутся в
глаза яркою рябизною своею полосушки, набойки, холстинки, миткали всякие...
А сколько платков, и сизых, и желтых, и алых, с разводами и городочками,
развеваются по воздуху! Сколько александровки, кумачу, ситцев московских,
стеклярусу!.. А сколько костромского товару: запонок, серег оловянных под
фольгою и тавлинок под слюдою! - кажись, на весь бы свет с залишком стало.
______________
* Так называются вообще в средней России осенние ярмарки. (Прим.
автора.)

Поглядите-ка теперь, сколько посреди всего этого народу движется,
толкается и суетится! какая давка, теснота! То прихлынут в одну сторону, то
в другую, а то и опять сперлись все на одном месте - хоть растаскивай! Крик,
шум, разнородные голоса и восклицания, звон железа, вой, блеянье, топот,
ржание, хлопанье по рукам, и все это сливается в какой-то общий нестройный
гам, из которого выхватываешь одни только отрывчатые, несвязные речи...
Прислушайтесь: "Ой, батюшки, давят! Ой, голубчики, давят!" - пронзительно
взвизгивает толстая мещанка в мухояровой душегрейке на заячьем меху. "Ой,
родимые, отпустите! Проклятый - чего лезешь!.." - и вслед за тем раздается
подле густой бас: "А сама чего топыришься... Ну, ну, не больно пихайся, я и
сам горазд..." - "Ах ты, такой-сякой, общипанец..." Но тут голос мещанки
покрывается рассыпчатым дребезжаньем торговки: "Купчиха! голубушка! на
баранки, на баранки, сама пекла! На сайку, на горячу, сама пекла, на
сайку..." - "По лук, по лук!" - слышится вслед за этим. "Э! лачи грай! тамар
у девел, течурасса ман!" (э! добрая лошадь, убей меня бог, украл бы). -
"Авен, авен-те кинас!" (пойдемте торговать!) - кричат в отдалении цыгане.
"Что покупаете? Ситцы-с, канифасы, нанки, выбойки!.. у нас брали,
пожалуйте!.." - "Эх, солнышко садится, а у меня в мошне ничего не
шевелится!" - раздается где-то в стороне. "Иван Трофимыч! Иван Трофимыч!
где, вы говорили, гребенки продают?.. Ой! ой! давят!.. Иван Трофимыч, не
отставайте!" - и толпа дворовых девок, разряженных в пух и в прах, кидается
сломя голову к высокому лакею со встрепанной манишкой. "Сюда, сюда, Анна
Андреевна, не опасайтесь-с, ничего-с... Марфа Васильевна, не отставайте,
город помещенье болыпое-с, долго ли потеряться..." - "По клюкву, по ягодку
по клюкву!" - "Помилуй, Христов ты человек, сам гляди, нынешнее!" - "Черно
больно..." - "Како черно, где оно черно? Ну, где? Сено что ни есть свежее,
звонкое сено, духовитое..." - "Спиридоныч, а Спиридоныч! купи девке-те
коты-те, ишь воет, ажно душу дерет". Звуки гармоники и удалая песня
заглушают на мгновение все голоса. "Севка, а Севка! припрем-ка вон ту
купчиху-то, что больно топырится..." - "И то, и то, напирай сильнее, Митюха,
ну, не робей!" - "Ой, батюшки, давят! Ой, голубчики, давят!" - снова вопиет
на всю ярмарку мещанка в душегрейке на заячьем меху. "Ишь, чертова кукла,
как воет; а ну-кась, Севка, катнем-ка еще..." - "Ну, черт с ней! Знаешь что,
Матюшка, пойдем-ка, брат, на конную, нашлялись здесь вволюшку..." - "На нашу
долюшку! Ну, Севка, пойдем... Эй, стой! Вон, кажись, сцепились - драка;
ступай сюда!" Долговязый белокурый парень стоит, оскалив зубы, перед седым
стариком, увешанным кнутами, варежками, кушаками, который ругается на все
бока и чуть не лезет парню в бороду.

 (голосов: 0)
Views Просмотров: 109


Интересное


Copyright © Электронные книги 2009