Электронные книги
Главная
Русская классика
Белинский
Блок
Богданович
Гончаров
Горький
Грибоедов
Григорович
Давыдов
Дашкова
Дельвиг
Державин
Есенин
Жуковский
Измайлов
Карамзин
Куприн
Лермонтов
Майков
Некрасов
Никитин
Ознобишин
Островский
Пнин
Полежаев
Пушкин
Ростопчина
Рылеев
Станкевич
Толстой
Тютчев
Фет
Фигнер
Шевырев
Языков

Опрос
Вы любите читать?

Да!
Нет..


Друзья сайта


Тимка часть 8

Тимка часть 8

- Как ты думаешь - за что он тебя не любит?
- Больно мне нужно думать о нем, - равнодушно сказал Тимка и звонко
запел;
Метель-вьюга-а...
Кешин поглядел на него, на меня, усмехнулся и погладил усы.
Эх, - метель-вьюга в поле стелется, - поет Тимка, -

Идет Дуня за околицу,
На дорогу на проезжую,
Под березы, под столетния-а!

- Завыл, волк! - кричит Хлебников из двери сарая.
Отовсюду на голос Тимки выползают оборванные бездольники, забытые
люди, а огородник - неистовствует, кричит Кешину:
- Семен Петров, ты человек благочестивый, - как же ты греха не
боишься? Василиса Яхонтова вторые сутки разродиться не может, а он...
- Перестал бы, Тимоха, - говорит Кешин. - Что сердишь зря?
- Никто, кроме его, не сердится, - правильно замечает подмастерье и -
поет, а мне кажется, что если б его только хвалили, он пел бы хуже. В
воротах явилась и стоит избочась торговка полотном, за спиною у нее тяжелый
узел, в руке железный аршин. Ее лыковое лицо без бровей напряжено, губы
приоткрыты, точно у птицы, которая хочет пить.
- Сапог нет у подлеца, - кричит Хлебников, - штаны завтра свалятся...
Тимка задорно поет:

Эх, ждала я тебя сорок ночей,
Ожидала - не дремала, не спала,
Черны думы горько думала,
Истомила свою душеньку!

Кешин, помахивая молотком, идет к воротам, говоря:
- Здорово, Прасковея Филипповна! Каковы дела?
Торговка полотном приходила к бондарю аккуратно каждое воскресенье, а
иногда и в будни; они запирались в комнате Кешина, Тимка кипятил им самовар
и отправлялся в огород, к бабам, - они жили там в дощатом сарае.
Иногда торговка выглядывала из окна, поправляя ловкими руками
встрепанные волосы и прислушиваясь к чему-то. Ее круглые, вороватые глаза
смотрели на всех и на всё нагло и бесстыдно.
Нередко Кешин приглашал Хлебникова, и тогда на двор из открытого окна
падали обрывки солидных речей.
- Ефрем-от Сирин до Златоуста жил али после?
- Точно - не знаю этого.
И всё у них шло хорошо, скромно, аккуратно, но однажды поздно
вечерком, когда все жители Хлебникова улеглись спать, а я еще сидел у
ворот, ко мне подошел Тимка и сказал, немножко хвастливо:
- Уговорился с ней.
- С кем?
- С ярославской. Завтра ночую у нее.
- Узнает Кешин - рассчитает тебя.
- Ну, так что!
Помолчал, покачал головой и вздохнул:
- Беда!
- Какая?
- Так.

 (голосов: 0)
Views Просмотров: 120


Интересное


Copyright © Электронные книги 2009